Previous Entry Share Next Entry
Идентификация мусульманки, идеальная мусульманка
sagitfaizov



Сагит Фаизов 

Права и статус мусульманки в российском обществе начала 21 в. (по материалам периодики и книжных изданий). Монографическое исследование. 

Создано при поддержке Фонда Джона Д. и Кэтрин Т. Макартуров, грант 2006-2008 гг.

 

Глава 1    Доминирующие идейные установки относительно прав, статуса и социального комфорта мусульманок в конфессиональных СМИ

 

 

Идентификация мусульманки, идеальная мусульманка
 

     К мусульманкам конфессиональные СМИ относили женщин, родившихся в мусульманской семье и нареченных мусульманским именем по воле родителей или публично объявивших себя мусульманкой и избравших себе соответствующее имя.
     Если такая женщина богобоязненна, скромна, стыдлива, стремится к духовному совершенству и знаниям, почитает мужа и родителей, сосредоточена на интересах семьи, то она близка к образу идеальной мусульманки, который интенсивно репродуцировался СМИ в течение многих лет.
     Идеальный образ, создававшийся богословами и журналистами, это некий безупречный образец, на который должна ориентироваться в чем-то не идеальная, но стремящаяся к совершенству мусульманка. Наряду с ним мусульманская печать представляла и другой идеал, не во всем совпадающий с предлагаемым богословами и журналистами «основным» образцом, но подпитываемый потребностями женщин, каждая из которых в то или иное время находилась на том или ином отрезке пути между идеалом и своим несовершенством и не только шла в направлении  идеала, но приближала идеал к себе, невольно корректируя его черты в соответствии со своими отнюдь не идеальными потребностями. Замечательный образец такой импульсивной корректировки идеала предложила в 2005 г. в газете «Ас-салам» читательница Хадижат Баматова. В статье «Отношение к женам» (1) она обрисовала идеальный образ – но не жены, а мужа. Образ жены (женщины) в статье, тем не менее, очерчен - и очень выпукло, поскольку все предписываемые идеальному мужу действия обращены к идеальной жене. Жена (женщина) – не только главный и единственный объект и оценщик этих действий. Она (в лице автора статьи) их главный и единственный  заказчик. И она ожидает от мужа, чтобы:

- он был к ней внимателен и ухаживал за ней;

- был ревнивым «в пределах разумного» и не придирался к жене без оснований;

- поселил ее в отдельном месте, «в котором с ней не будет жить никто из его семьи»;

- выплатил ей полностью махр (Х.Б. назвала махр также и калымом. – Авт.);

- обеспечил ее так, чтобы «ей хватало на пищу, одежду и другое»;

- обучал ее вопросам религии, побуждал к совершению молитвы;

- сохранял между двумя и более женами справедливость;

- воспитывал ее в случае непокорности;

- следил за крепостью ее души и нравами;

- не унижал ее ни ругательствами, не обзывал ни словами, ни поступками;

- «сильно уважал» ее, если полюбил, а если невзлюбил, то не обижал, а, наоборот, терпел ее или же «красиво расстался» с ней.

     Едва ли не большинство пожеланий, вынашиваемых условной героиней статьи Х. Баматовой не отвечают образу канонизированной идеальной мусульманки, но они вполне отвечают тому образу, до которого может подняться среднестатистическая махачкалинская или дербентская правоверная женщина, размышляющая о предстоящем или состоявшемся замужестве в нач. 21 в. Более чем вероятно, что в Дагестане много девушек и женщин, не разделяющих того тяготения к эгоцентризму и отстранения от ответственности за саму себя, которые ощущаются в «пунктах» Х. Баматовой. Они должны были бы испытывать солидарность с Рукайа Варис Максуд, которая 19 марта 2004 г. со страниц сайта «ислам.ру» напомнила, что скромность включает в себя смиренность, стыдливость, сдержанность, подразумевает также простоту и отсутствие стремления к роскоши (2).  Газета «Ас-салам», со своей стороны, в большинстве своих публикаций не только пропагандировала именно эти качества мусульманки, но и поставила вопрос о большем сосредоточении женщины на ее обязанностях как воспитательницы детей, что значительно приблизило бы ее к искомому идеалу (3).
      Одомашненный идеал мусульманской женщины в начале 2007 г. подвергся критике на сайте «ислам.ру». За такого рода идеалом сайт разглядел центральный образ особого этнокультурного стиля, создаваемого усилиями многих СМИ, фондов и центров мусульманской моды и нацеленный на то, чтобы отождествить  идеальную мусульманку с «Барби»-мусульманкой, «новым эталоном исламской женщины». Эталон, писала Айша Галина Бабич, был  «разработан в соответствии с требованиями времени, выставлен на витрину и объявлен».  Его основные атрибуты: четко отлаженный механизм завязывания платка, наличие кулинарных функций, заполненная несколькими «стандартными» сурами и хадисами база данных.
     Благодаря усилиям подражающих Барби «эталонных» последовательниц ислама современное общество день за днем крепнет в убеждении, что место мусульманской женщины – на кухне. Сама же она пребывает в уверенности, что символизируют собой свободу и независимость, а женской умме России она и ее единомышленницы гарантируют интеллектуальное процветание.
     Набор правил для европейских «барби» прост: носить белоснежную улыбку, читать глянцевые журналы, посещать светские тусовки и строить карьеру. Аналогичный набор «с поправкой на халяль» характерен и для мусульманских «барби»: носить модно повязанный платок, читать хадисы аль-Бухари и стихи Габдуллы Тукая (а в сундуках порой – все те же глянцевые журналы), посещать мусульманские собрания и строить семью. Постепенно у них сложился свой стиль жизни. Созданы «тренинги по замужнингу» - специальные курсы по обучению страждущих замужества девушек всем тонкостям брачного быта. Проведены «мастер-классы по завязыванию платков» специалистами первой категории в этой области. Оказалось, что повязать платок разными способами - узел справа с булавкой или узел слева с брошкой – это целое искусство, которому необходимо планомерно учиться, ибо просто фантазии и вкуса недостаточно – нужны четкие выверенные инструкции. Многочисленные дефилирования по подиумам страны в одежде, которую в среде «барби»-мусульманок принято считать современной и разнообразной, привлекают внимание прессы. «Барби» раздают интервью, хором повторяя магическую формулу: «Мы-свободные-и-модные».
     Наконец, вершиной этностильного промоушена текущих дней стал выбор «барби»-мусульманки-2006 (4). В течение целого года несколько десятков представительниц ислама старались приблизиться к заветному эталону. Они изощрялись в узлах и булавках на голове, готовили напоказ дежурные блюда и пели колыбельные песенки. Все это, по их мнению, раскрывало «потенциал мусульманской женщины в современном обществе». Таким образом, настало время триумфа философии «эталонных мусульманок»: кухарка в платке с младенцем наперевес – вот социальное «барби»-будущее «женского ислама».
Рекламируется символ, воплощающий в себе идеальную жену, хозяйку и верующую девушку в одном «фабричном» флаконе. Резюме А.-Г. Бабич: Но символ этот пуст, идея существования подобного «эталона» убивает в женщинах их неповторимую индивидуальность, заложенную Всевышним, лишает их личностного наполнения, творческой мотивации, здоровой исламской самооценки (5).
     Очевидно сосуществование в вербальном поле конфессиональных СМИ четырех идеальных образов мусульманки: 1) традиционного в патриархатном контексте, 2) традиционного в контексте прагматически ориентированного женского сознания, 3) модернизированного в контексте представлений о женщине, имеющей призвание как к семейной, так и к общественной деятельности, 4) модернизированного в контексте представлений о женщине, характерных для массовой культуры и гламурной субкультуры. Сосуществование этих образов имеет одним из своих источников многообразие этноконфессиональных традиций российского мусульманского сообщества. Другой источник – социальная дифференциация этого сообщества в эпоху реконструкции рыночных отношений и – вместе с ними – становления нового общественного строя. В глазах многих мужчин из наиболее обеспеченных социальных групп сосредоточенная на удовлетворении потребностей семьи, уважающая патриархатные этические нормы и в той или иной степени готовая к соблюдению должного имиджа женщина наилучшим образом отвечала идеалу супруги и носительницы  социально значимых добродетелей. Но представления об одном и том же публично заявленном идеале у избираемой в качестве воплощенного идеала женщины и избирающего мужчины могли не совпадать, что становилось причиной латентных драм у внешне благополучных семей.

 

Сноски и примечания

1. Ас-салам. 2005. № 24. С.11.

2. http://www.islam.ru/woman/wali_muslima/ (IslamOnLine.net

3. Ас-салам. 2007. № 10. С. 10.

4. А.-Г. Бабич, очевидно, имеет в виду конкурс «Мусульманка», проведенный в Татарстане и получивший отражение в СМИ.

5. Бабич А.-Г. «Барби»-мусульманки. С кухни – на федеральный уровень //

http://www.islam.ru/woman/barbi/ (17.01. 2007). См. о жизненном кредо мусульманки мнение второго известного феминолога сайта: «И действительно, ислам не ограничивает активность женщины узкими стенами кухни, сводя ее роль лишь к готовке, уборке и прочим хозяйственным делам. Напротив, ислам стимулирует ее к духовному, образовательному, творческому росту, поощряет проявление энтузиазма в общественной и политической жизни» (Ежова Ф.-А. Не оголтелый феминизм и не кухонная ограниченность. «Золотая середина» современной мусульманки //

http://www.islam.ru/woman/zosevom/ (27.11.2006)). 

 

Фаизов Сагит Фяритович Права и статус мусульманки в российском обществе начала 21 в. (по материалам периодики и книжных изданий). Монографическое исследование. Ранее не публиковалось. Выше представлен шестой  параграф 1-й главы.

 


Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.

?

Log in

No account? Create an account