Previous Entry Share Next Entry
Прозрачные вещи: бледное пламя пожара
sagitfaizov
Сагит Фаизов

Прозрачные вещи: бледное пламя пожара


Хью Персон, сотрудник американского книжного издательства, он же главный герой романа В. Набокова «Прозрачные вещи», просыпается в гостинице в Швейцарии: «Кашляя, Персон приподнялся и сел; в удушливой тьме он попробовал зажечь свет, но щелчок выключателя был так же неэффективен, как попытка пошевелить парализованной конечностью. Поскольку кровать в его прежнем номере на четвертом этаже стояла далеко от окна, он по ошибке бросился к двери и приоткрыл ее, вместо того чтобы спастись, что казалось ему возможным, через окно, которое не было закрыто и распахнулось еще шире, как только смертоносный сквозняк втолкнул в комнату дым из коридора.
   Огонь, сначала питавшийся промасленными тряпками, подброшенными в подвал, а затем усиленный горючей жидкостью, разлитой тут и там на ступенях и стенах мстительной рукой, стремительно распространялся по гостинице, хотя, «к счастью», как выразилась на следующее утро местная газета, «погибли немногие, поскольку большинство комнат пустовало»».

Комментарий к эпизоду.

Когда смертоносный сквозняк втолкнул в комнату дым из коридора, приоткрытое окно должно было захлопнуться: в коридоре и на лестнице смесь газов имела уже более высокую температуру, чем в комнате, и характеризовалась большим давлением, комната расположена на третьем этаже, выше только один этаж, самый нижний горящий участок находится в подвале, поэтому область нейтрального давления располагается ниже третьего этажа [1]. Из-за дыма в коридоре Персон отступает в комнату и «тщетно пытается закрыть дверь» - настолько силен поток газов (которого никак не должно быть, окно уже закрылось). Далее подчиненное воображению автора окно наконец захлопывается и рассыпается на осколки.

«Теперь язычки пламени карабкались по ступеням, по двое, по трое, цепочкой краснокожих, рука об руку, воин за воином, быстро переговариваясь и распевая. И все-таки не их жар, а ядовитый черный дым вынудил Персона отступить в комнату; «excusez- moi», — сказал вежливый огонек, проскальзывая в открытую дверь, которую Персон тщетно пытался закрыть». У Достоевского в «Бесах», после пожара на Заречной стороне: «Что значит этот язык, Лиза? Откуда он вдруг? Что  значит "нам немного быть вместе"? Вот уже вторая фраза загадочная в полчаса, как ты проснулась.
     - Вы принимаетесь считать  мои загадочные фразы? - засмеялась она. -  А помните, я вчера входя  мертвецом отрекомендовалась? Вот это вы нашли нужным забыть. Забыть или не приметить.
     - Не помню, Лиза. Зачем мертвецом? Надо жить...
     - И замолчали? У вас совсем пропало  красноречие.  Я прожила мой час на свете и довольно. Помните вы Христофора Ивановича?
     - Нет не помню, - нахмурился он.
     -  Христофора Ивановича, в  Лозанне? Он вам ужасно  надоел. Он  отворял дверь  и всегда  говорил:  "Я  на минутку", а просидит весь день. Я не  хочу походить на Христофора Ивановича и сидеть весь день.
     Болезненное впечатление отразилось в лице его.
     - Лиза,  мне  больно за этот надломанный язык.  Эта гримаса вам дорого стоит самой. К чему она? Для чего?»

Окно, приоткрытое в сумрачный мир персонажей Достоевского*, остановившегося девяносто с лишним лет тому назад в том же номере, в который восемнадцать лет тому назад привела Хью Персона проститутка с итальянскими глазами [2], в описываемом эпизоде в очередной раз репрезентовано в качестве инструмента общелитературного розыгрыша, адресованного преимущественно профессиональному читателю, – после окна, в которое должен был выпрыгнуть, но не выпрыгнул Лужин, и после окна, в которое должна была влететь, но не влетала свиристель (и после окна, в которое должен был влететь, но не влетел Печорин – в «Фаталисте») [3].

*О том, какой вид открывается из окна номера 313 гостиницы «Аскот», - подробнее в следующей статье (однако творчество и биография Достоевского – не единственная область скрытых проекций романа).

Сноски и примечания.

1.       См. о циркуляции газов при пожаре в помещениях: mylektsii.ru/3-60519.html; studopedia.su/13_72308_obrazovanie-i-rasprostraneniya-dima-na-pozha...
2.       В тексте: «Она тут же повела его в один из наиболее приличных номеров в жутковатом старом пансионе, в тот самый номер, между прочим, где девяносто один, девяносто два, почти девяносто три года назад русский писатель останавливался на пути в Италию». См. также биографию Ф.М. Достоевского (останавливался в Швейцарии по пути в Италию в 1862 и 1863 гг.). Повествователь находится в реальном хронотопе 1956 г. (пожар маркирует год огненной, или красной, обезьяны китайского циклического календаря, красно-зеленые ставни гостиницы подсказывают, что в начале европейского 1956 г. оканчивался китайский год зеленой овцы; те же ставни маркируют Ставрогина, разговаривающего с Лизой Тушиной в цитируемом выше фрагменте).
3.       См.: Сагит Фаизов Защита Лужина в 12 буквах и 8 фигурах // www.proza.ru/2015/10/17/1663; Он же Бледный огонь: Нюй-ва в объятиях харит // http://www.proza.ru/2016/01/27/764; см. также в ЖЖ sagitfaizov; в связи с эпизодом в «Фаталисте» рекомендую ознакомиться с зарисовками и картинами авторов первой половины XIX в., которые изображают сельские дома Северного Кавказа (включая размеры и устройство окон).

Цитируемые в статье фрагменты романа «Transparent Things» извлечены из опубликованного в 2004 г. перевода Д. Чекалова (перевод опубликован под названием «Прозрачные предметы»).

Продолжение следует.


Опубликована 28 марта 2016 г.
 

Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.

?

Log in

No account? Create an account