Previous Entry Share Next Entry
Бледный огонь: Шейд на пути к Дао
sagitfaizov
Сагит Фаизов

Бледный огонь: Шейд на пути к Дао*






«Я  похлопал   моего   друга  по   макушке   и  отвесил  легкий   поклон Эбертелле Х.», - профессор Кинбот, явившись на прием к Харлеям, хлопает по макушке, в знак приветствия, профессора Шейда, великого поэта Америки. То есть обращается с ним, как с ребенком. Как такое могло быть? Могло, если только Кинбот приветствует ребенка – «старого ребенка» или «старого философа», то есть великого китайского философа Лао-цзы, которого мать вынашивала 81 год и родила седого [1].

Другие припоминания Лао-цзы – «старика-ребенка»:

- «Как  все-таки  любопытна  наша  неспособность   увидеть   таинственный  знак равенства   между   Гераклом,   рвущимся   на  простор  из  слабого   тельца невротического ребенка, и неистовым духом тетушки Мод, как удивительно,  что наше   чувство   рационального   довольствуется   первым   же   объяснением» (описывавшиеся в предшествующем цитируемым строкам тексте психокинематические происшествия не были связаны с какой-либо активностью шестнадцатилетней Гэзель, но послужили поводом для упоминания «драматических припадков» в отрочестве у Шейда, воспитанника Мод, которую поместили в лечебницу на 81 году ее жизни; автор проводит параллель между матерью Лао-цзы и тетушкой Мод, при этом мать Лао-цзы оказывается потомком богини Нюй-ва, воплощением которой в романе является Гэзель, двойник Мод) [2];

- «Внутренне подскакивая от восторга,  я перенял конверт, мешавший ему спускаться  со  ступенек крыльца, --  боком, как  боязливый ребенок» (незаконченный переход Шейда из одного дома в другой 21 июля моделирует уход Лао-цзы из Китая на запад и иллюстрирует смысл «шагать» иероглифа «дао», а передача рукописи поэмы Кинботу – написание китайским философом книги о своем учении по просьбе начальника пограничной заставы и оставление этой книги на заставе; «ступеньки крыльца» - четыре ступеньки в иероглифическом обозначении «дао» (элемент «цзы»), конечное числовое значение русской записи «дао», равное 3 [3], отразилось в упоминании Шейдом тридцати учебных предметов и тридцати специалистов, нужных для обучения ребенка, то есть 30 предметов, упомянутых Шейдом, – это дао; когда Кинбот в своем первом комментарии к поэме Шейда называет свиристель «птица», он имеет ввиду похожий на летящую птицу знак, верхний элемент знака «шоу», в который входит и «цзы», над «ступеньками крыльца»,- роман начинается и заканчивается иероглифом «дао»; поскольку этот элемент несет в себе смысл «глаза» [4], то в первых строках поэмы «Бледный огонь» об стекло разбиваются глаза, а  розыгрыш, который Набоков устраивает профессиональному читателю в связи с направлением полета птицы [5], несет в себе смысл «самообман посредством глаз»);

- «Я  похлопал   моего   друга  по   макушке   и  отвесил  легкий   поклон Эбертелле Х. Поэт окинул меня тусклым взором. Она сказала: -  Помогите нам, мистер Кинбот: я утверждаю, что тот человек... как же его все-таки  звали?..  старый...  старый --  да  вы  знаете, тот старик  со станции  в  Экстоне, что  вообразил  себя  Господом  Богом  и  начал  менять назначения поездов, -- что  он, научно выражаясь,  псих, а Джон называет его своим собратом, поэтом», - речь идет о Лао-цзы с его парадоксальным миропониманием и влиянии учения о дао на развитие человеческой мысли.



Основоположниками даосизма помимо Лао-цзы считаются божество Пань-гу и божественный Хуан-ди – «Желтый император» (даосская великая триада Сань Хуан) [6]. Император Хуан-ди, живший около 2600 г. до н. э., не один раз обнаруживает себя в образе Шейда.

«Я  отдыхал на предложенной им  раскладной трости,  потягивая вкуснейший скотч с водой из машинного бара и просматривая (под аплодисменты сверчков,  в  вихре  желтых  и бордовых  бабочек,  что так приглянулись Шатобриану, когда Шатобриан  прибыл  в Америку) статью из  "The New York Times", в которой Сильвия размашисто и неопрятно отчеркнула красным карандашом сообщение из Нью-Вая  о помещении в больницу "выдающегося поэта", - сидящий после приземления с парашютом на раскладном стуле или на раскладном кресле («shooting stick») Кинбот видит возле себя желтых («yellow») и темно-бордовых («maroon») бабочек – сопряжение желтого и пурпурного цветов в этом эпизоде маркирует императорский статус Кинбота-Шейда как в европейском, так и в китайском контекстах (в эпизоде с приглашением к столу Кинбота девицы с зелеными «ровно у вурдалака» веками Шейд был аппрезентован как обладатель пурпурного цвета [7]).

«Глядит  на  сургучно-красные  прожилки,  украшающие серо-бурые крылья, и  на изящное рулевое  перо  с вершинкой желтой  и яркой, словно  свежая краска», - из рассуждений Кинбота о первых строках поэмы Шейда. Еще одно сопряжение пурпурного («сургучно-красного») и желтого цветов, серый цвет – напоминание о цветовом круге, в котором, в частности, противостоят друг другу пурпурный и зеленый цвета [8]. Начало следующего предложения: «Когда в последний год жизни Шейда…», - 1959 год по китайскому календарю был желтым («желтой свиньи»). В цветовом круге желтому противостоит синий цвет, который испытывает большое фонетическое тяготение к латинскому «Sina» («Китай»). Вечно облачная Зембля тоже синяя.

«Писателям следует видеть  мир, срывать его фиги и персики, а не сидеть, размышляя, в башне из желтой слоновой кости, - что, к слову, было также и ошибкой Джона Шейда». Слоновая кость сама является формулой определения цвета. Применяя определение «желтый» в этом случае, писатель подсказывает особую связь поэта с желтым цветом.

«А, - сказал Шейд. - По-моему, я довольно давно уже разгадал ваш секрет. Что не помешает мне с наслаждением пить ваше вино», - из разговора на веранде у Шейдов 21 июля. Вино, которое ждет поэта на столе у Кинбота, - токайское. Это название прочитывается в трансформации «то Кайское» и относится не вину, а к тому напитку, который Герда, направлявшаяся в страну Снежной королевы в поисках Кая, просила у ведуньи в Финляндии, северо-западной стране финно-угорской цивилизации. В сказке ведунья отказывает Герде в волшебном напитке - «сила — в ее милом, невинном детском сердечке» - в романе Шейд, которого Кинбот рассматривает как Кая в плену у Сибил, не сумел дойти до стола, на котором его ждал напиток, способный придать ему силу двенадцати богатырей (21-е число в ретроинскрипции 12-е). Сюжет с золотистым токайским рассказывает о недостижимости идеала даже тем, кто придумал мир, в котором «инь» и «ян» находятся в совершенном равновесии.

Среди закусок на столе находилась гроздь бананов. Она предупреждала, больше читателя, чем Шейда-Лао-цзы, об отсутствии гармонии в материальном и материально обусловленном мире, о том, что созидание повсюду соседствует с разрушением: ведь банан – хлеб дочери Хуан-ди богини засухи Ба («нан» - «хлеб», казахск.) [9]. Тот же садовник – должен ли был он поднимать лопату на злодея Градуса, если он тот, кто следует «дао» («садо» - анаграмма слова «даос», «садовник» - «вникающий в даосизм»)? Садовник, собственно, знает ответ, ибо «тот, кто свободен от страстей, видит чудесную тайну Дао, а кто имеет страсти, видит его только в конечной форме» [10].


*Пятая статья цикла «Бледный огонь». Предшествующие: Сагит Фаизов Бледный огонь: кориоида кариатид или помидор Паскаля // www.proza.ru/2016/01/14/1162; Он же Бледный огонь: в воображариуме земблянского короля // http://www.proza.ru/2016/01/16/2323; Он же Бледный огонь: Шекспир и венецианский купец // http://www.proza.ru/2016/01/22/900; Он же Бледный огонь: Нюй-ва в объятиях харит // http://www.proza.ru/2016/01/27/764; см. также в ЖЖ sagitfaizov


Cноски и примечания.

1.       См.: https://ru.wikipedia.org/wiki/Лао-цзы (у Шейда есть и другие проекции, см. предшествующие статьи).
2.       Cоответственно, Гэзель доводится двоюродной или иной степени родства бабушкой своей двоюродной бабушке. См. о ней также в ст-е: Сагит Фаизов Бледный огонь: Нюй-ва в объятиях харит // http://www.proza.ru/2016/01/27/764; см. также в ЖЖ sagitfaizov
3.       О числовых значениях букв см. в Википедии, ст-и «Кириллица», «Греческий алфавит». В текстах мистификационного происхождения буквы функционируют как носители чисел, но ряд букв древнерусского и современного русского алфавита не имеют числового значения. Сумма числовых значений букв слова, задействованного в поле кодировок, составляет первичное числовое значение этого слова (например, 5, 2 и 1 вместе составят 8, в имени Ева, в частности). Последовательное суммирование чисел осуществляется, в большинстве случаев, до получения показателя из одного числа. Сумма чисел первичного значения, если она больше десяти, составляет промежуточное числовое значение слова, если она двузначная (например, 11 или 99), сумма двух чисел промежуточного значения является конечным числовым значением слова, если она не больше десяти (например, 11-2, но 99-18, следующее преобразование приводит к конечному числовому значению, равному 9). Числовые значения словосочетаний, предложений и дат учитываются точно таким же образом. Нули в вербально-числовой энигматике имеют факультативное значение и учитываются только по предписанию контекста. В отдельных случаях числовой ряд букв слова не требует суммирования, как правило, при кодировке числовых данных самостоятельного значения. Например, слово «арка» с числовым рядом 1121 может подразумевать дату 1121-й год. Написание одного и того же слова в старинных текстах или текстах «под старину» может варьироваться в зависимости от того, какое числовое значение следует получить, за счет применения той или иной графемы (графем) одной и той фонемы («и» или «i», «о» или «омега», «е» или «ять», «ф» или «ферт», «кс» или «кси», «пс» или «пси») или нарочитых ошибок.
4.       Cм. о смыслах иероглифа «дао»: Мартыненко, Н.П. Иероглиф «дао» - семиотический анализ // daolao.ru/Texts/Martynenko/martynenko01.htm
5.       См. об этом: Сагит Фаизов Бледный огонь: Нюй-ва в объятиях харит // http://www.proza.ru/2016/01/27/764; см. также в ЖЖ sagitfaizov
6.       Cм.: www.mif-legenda.ru/mifs-175-8.html; https://ru.wikipedia.org/wiki/Хуан-ди
7.       См.: Сагит Фаизов Бледный огонь: в воображариуме земблянского короля // http://www.proza.ru/2016/01/16/2323; см. также в ЖЖ sagitfaizov
8.       Cм. о цветовом круге: https://ru.wikipedia.org/wiki/Цвет
9.       Cм. о Ба и Гэзель: Сагит Фаизов Бледный огонь: Нюй-ва в объятиях харит // http://www.proza.ru/2016/01/27/764; см. о других закусках на столе Кинбота: Сагит Фаизов  Бледный огонь: кориоида кариатид или помидор Паскаля // www.proza.ru/2016/01/14/1162; Он же Бледный огонь: в воображариуме земблянского короля // http://www.proza.ru/2016/01/16/2323; см. также в ЖЖ sagitfaizov
10.   Из «Дао Дэ Цзин». Цит. по: https://ru.wikipedia.org/wiki/Дао

Иллюстрация: Лао-цзы верхом на буйволе покидает Китай. Из:https://ru.wikipedia.org/wiki/Лао-цзы#/media/File:Laozi.jpg;  User: ManosHacker

Иллюстрация-заставка: дизайнерская разработка С. Фаизова; исходные изображения, автографа и бабочки, находятся в общественном достоянии.

Цитаты из русского текста романа «Бледный огонь» приведены по опубликованному переводу С. Ильина и А. Глебовской.

Продолжение следует.


Опубликована 30 января 2016 г.

Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.

?

Log in

No account? Create an account