?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Верхазовка: очерк истории (1917 - 1980-е)
sagitfaizov




Из книги Сагит Фаизов Краткий очерк истории и записи устного народного творчества села Верхазовка. Казань, 2006 (на татарском языке). В названии книги на татарском языке указано второе наименование Верхазовки: Илмин.

Продолжение очерка истории Верхазовки, начало - на cоседней странице ЖЖ

Февральскую и Октябрьскую революции верхазовцы встретили сочувственно. Однако, когда началась Гражданская война, Верхазовка разделилась. Бóльшая часть поддерживала большевиков и Советскую власть. Некоторым сельчанам пришлось воевать на стороне белогвардейцев и уральских казаков. В народной памяти долго сохранялись воспоминания о людях, бежавших от мобилизации, задержанных и зарубленных красными либо белыми. Сохранились воспоминания о массовых репрессиях того времени. Память о массовом расстреле в Дергачах активно верующих, видимо белыми, отразилась в следующем четверостишии:

Неверующий стреляет из ружья,
Сердце мое застыло, как камень.
Под дергачевским элеватором
Кости мои лежат.

Несмотря на тяготение большинства к советской власти, служба в Красной Армии воспринималась многими как тяжелое и необязательное испытание. Такого рода образ мыслей нашел отражение в песне, сложенной моим прадедом Умаром:

Горит мое сердце-сердечко,
Остались дома семеро моих детей.
Не удовлетворилась она* тремя сыновьями,
Четвертым меня забрала.

* То есть советская власть; трое сыновей прадеда уже служили в Красной Армии, автор полагает это достаточной данью семьи в пользу новой власти. Четверостишие другой песни Умара Фаизова свидетельствует, что после мобилизации он служил в г. Вольске.

В 1918-1919 гг. Верхазовка оказалась в пограничной полосе боевых действий между вооруженными силами Советской республики и формированиями белых, наступавших в направлении Волги со стороны Уральска. Вблизи Верхазовки шли ожесточенные боевые столкновения как в 1918, так и в 1919 г. Для лучшего понимания этого наблюдения приведу один из документов того времени, созданный командованием Красной Армии:

«Приказ командующего IV армией начальникам Новоузенской и Уральской дивизий о подготовке и переходе в наступление на врага. 4 сентября 1918 г.
В целях выпрямления линии фронта армии и отвлечения сил противника с Николаевского (Николаевск - в будущем г. Пугачев – С.Ф.) фронта приказываю: Начальнику Новоузенской дивизии, сконцентрировав силы, перейти в энергичное наступление… Из Куриловки и Орлова Гая на Николаевку. Из Киевки на Курскую. Из Новорепинова и Верхазовки на Сафаровку.
…Наступление приказываю начать с 5 сентября.
Вр. и. д. командующего IV армии Хвесин» (1).

К наступлению указанных в приказе дивизий присоединилась и Чапаевская дивизия. В ходе операции IV армии удалось отбросить белых к Уральску. (Чапаев в то время дважды побывал в Верхазовке – по воспоминаниям моей бабушки Алии Сайфуллиной.) Весной 1919 г. белым казакам удалось вернуть утраченные осенью 1918 г. территории, их формирования вновь оказались вблизи Дергачей и Новоузенска, линия фронта прошла через Верхазовку. В июне-июле 1919 г. в районе Николаевска, Ершова, Шипова и Новоузенска произошли ожесточенные бои. В этих боях, помимо В.И. Чапаева, принял участие будущий маршал Советского Союза, тогда красноармеец Г.К. Жуков (2). Заслуживают внимания впечатления от событий лета 1919 г. в наших местах, которые оставил в известном романе Д. Фурманов:

«По степи села здесь редки: двадцать пять – тридцать верст одно от другого; живут они сытой, замкнутой жизнью; тут и невест по другим селам мало отдают, - обходятся своими, всех и на всех хватает вволю. Каждое село – будто небольшая республика: чувствует себя независимо, ни в ком и ни в чем не нуждается, имеет большую склонность к самостийности. Эти большие села, что приходится проезжать до Алгая, сыграли огромную роль в истории гражданской войны уральских степей: Осинов Гай, Орлов Гай, Курилово…» (3).

Верхазовка в то время представляла собой во многом самостоятельный узел обороны красных. Сельскую советскую «республику» в то время возглавлял Шакир Айнетдинов по прозвищу «Фланка». Ему удалось создать в селе боеспособное вооруженное формирование (полк), которое успешно отражало натиск белых казаков. После кратковременной сдачи Верхазовки белым полк Ш. Айнетдинова принял участие в освобождении села, основное боевое столкновение произошло тогда в двух-трех верстах к северо-востоку от Верхазовки, в местечке Ташмар. Кровопролитное и беспощадное Ташмарское сражение также надолго осталось в народной памяти. Долгое время люди помнили и место захоронения погибших в этом бою. События 1918-1919 гг. примечательны еще и тем, что они на долгие годы породили некоторое отчуждение в восприятии верхазовцами сафаровских жителей: Сафаровка в ходе боевых кампаний двух лет надолго оказывалась под властью белых («белобандитов», по терминологии красных), что верхазовцами было поставлено в вину своим добрым соседям, неповинным в невыгодном для них развитии жестокого сценария гражданской войны.

С окончанием войны жизнь села обрела новое дыхание. На базе НЭПа результативность хозяйствования достигла обычного уровня. Однако позже, когда возник общегосударственный проект колхозно-го обобществления средств производства, селу опять пришлось пережить трудные дни. Население опять разделилось на два лагеря. Насильственное изъятие земли, скота, помещений и орудий труда вызывало сопротивление большинства владельцев крестьянских дворов. Вооруженное сопротивление коллективизации не наблюдалось. Тем не менее, 14 зажиточных семей, то есть семьи наиболее предприимчивых крестьян, были выселены в Карагандинскую область. Наблюдается бегство людей из села в соседние совхозы. Многие вынуждены были уехать в другие регионы, главным образом в Донбасс. Верхазовка потеряла тогда многих крепких хозяев и много рабочих рук. Тогда же резко пошла на убыль религиозная жизнь, из пяти мечетей четыре были закрыты, затем закрылась и пятая, но ее здание было сохранено, отдано под склад для хранения зерна (4). Инспирированная антирелигиозной политикой сталинского режима коррозия духовной жизни имела своим следствием нарастание отрицательных тенденций в жизни сельского сообщества, рост пьянства, огрубление нравов.

В результате коллективизации в жизнь села вошли новые формы общения, труда и досуга. Не при-нявшие коллективизацию люди добровольно или принудительно оставили село. Оставшиеся вынуждены были согласиться с теми принципами отношений в сфере производства, которые предписывали им партия большевиков и советское государство. С другой стороны, коллективизация привнесла в жизнь села много положительных перемен: повышение уровня механизации производства, электрификацию быта и некоторых производственных процессов, телефонизацию, учреждение государственной школы, клуба и библиотеки, создание возможности для получения среднего и высшего образования выходцами из села. (Именно в 30-е годы из среды сельчан появляются первые специалисты с высшим образованием.) Наконец, колхозная жизнь развила и укрепила те традиции коллективизма, которые издавна были присущи жизни татарского села. Совместная работа в полеводческих бригадах, на плантации и на фермах, общеколхозные собрания, киносеансы, танцы, концерты и спектакли в клубе (5), выпуск стенгазет, совместная учеба в школе мальчиков и девочек – все это в значительной мере опиралось на опыт взаимной помощи, производственной и трудовой кооперации, самоуправления, различных форм коллективного досуга и образовательных инициатив, который уже веками существовал и развивался в сельской общине.

Верхазовский колхоз начал свое существование зимой 1928-1929 гг. Инициаторами его создания выступили представители бедноты А. Туктаров, А. Техватуллин, Б. Фахретдинов, М. Хосаинов и другие. В феврале 1929 года в колхозе насчитывалось 286 мужчин и 292 женщины. Поголовье обобществ-ленного домашнего скота состояло из 236 лошадей, 54 верблюдов, 24 коров (по другим сведениям – из 4 коров), 156 голов молодняка и телят и 170 овец (6). В том же году колхоз получил старенький трактор «Фордзон». Земельные площади колхоза составляли 36 (по другим сведениям - 40) тысяч гектаров. С изгнанием из села в 1930 г. 14 семей кулаков и переходом в собственность колхоза их имущества отдельные экспроприаторы, видимо, испытывали чувство удовлетворенной классовой неприязни, что хорошо отразилось в сочиненной тогда кем-то из них песенке:

Вот идут богачи,
Закидывают удочки с берега.
А пропиваемые ими богатства
Все нам достанутся.

Однако среди изгнанных из села «богачей» пьяниц не было. И напротив, среди тех, кто их изгонял, уже тогда явственно себя проявляли злоупотребление властью, корыстолюбие и пьянство. К примеру, выходившая в Астрахани региональная татарская газета в 1933 г. писала о том, как председатель Верхазовского потребительского кооператива и бывший сотрудник районных органов, выходец из Верхазовки, ездили на колхозных лошадях по району, вели нелегальную торговлю и пьянствовали на вырученные деньги. Им в этом деле покровительствовал председатель колхоза А. Шабаев (7). Видимо, среди членов «Красного Маяка» (название колхоза) (8) было не слишком много тех, кто радовался изъятию имущества у «богачей». Вступившие в колхоз под напором интенсивной агитации люди довольно быстро разобрались в ошибочности своих ожиданий. Поэтому многие колхозники, сопротивляясь обобществлению, стали забивать скот. Советская администрация и печать объявили такие действия контрреволюционными. Запугивание народа жупелом контрреволюции не имело большого успеха. Обстоятельства требовали все более масштабной демонстрации политики пряника уставшему от репрессий и запугиваний крестьянству. Возле Верхазовки, в частности, появляется машинно-тракторная станция. И все же выдвижение в руководители колхоза людей, не знавших ничего, кроме «Да здравствует!!!», отсутствие животноводческих помещений для обобществленного скота, неграмотность агротехнических решений, вывоз семенного зерна осенью в элеватор и доставка того же зерна весной в колхоз по бездорожью – все это подпитывало разочарование людей в колхозном строительстве. В 1930 г. колхоз объединял лишь 48 % семей Верхазовки (9). В начале 1930-х гг. Верхазовка продолжала занимать устойчивое последнее место в районных сводках о темпах коллективизации (10). Отрицательное отношение многих наших односельчан к колхозному строительству нашло свое выражение, в частности, в устном народном творчестве. Приведу здесь одну из частушек того времени:

«Красный маяк», «Красный маяк»,
«Красный маяк» всех впереди:
Дырявые сапоги, рваные штаны –
Вот что он нам оставил.

Завершение колхозного строительства не принесло успокоения в жизнь села. Создание тоталитарно-го общественного строя перешло в новую фазу и вылилось в террор 1930-х гг., с особенной силой развернувшийся в 1937 г. Тюремное заключение или расстрел настигли тогда многих невинных людей Верхазовки. Их биографии требуют отдельного исследования, большинство имен репрессированных остаются неизвестными. К сегодняшнему дню мне удалось выяснить лишь несколько имен. Первый из носителей этих имен – Махмуд Салахович Азизов. До 1929 г. он жил в Верхазовке, 11 декабря 1937 г. был арестован в Краснореченском совхозе Дергачевского района. 21 декабря того же года был расстрелян по статье «антисоветская агитация». Второй – Махмуд Бакарович Вяльшин. К моменту ареста (21 октября 1937 г.) проживал в Алтате. Был расстрелян 14 ноября того же года по статье «антисоветская деятельность». Третье лицо – Баржанов Шейхи Иматович. Его арестовали в Верхазовке 23 декабря 1937 г., был расстрелян 28 декабря того же года по статьям «контрреволюционная деятельность» и «антисоветская агитация». Четвертое лицо – Магсум Абубакарович Вяльшин (видимо, младший брат Махмуда Вяльшина). Его приговорили к 8 годам тюремного заключения. Пятое лицо – Габдерашит Ахматсафович Абсалямов. Его в 1930 г. приговорили к трехлетней ссылке. Сафа Агишев и Мансур Айзатуллин были арестованы, первый – в 1930 г., второй – в 1935 г., и позже освобождены (11). Все эти люди после смерти И. Сталина были реабилитированы. Вся их вина, видимо, состояла в том, что они говорили о необходимости лояльного отношения государства к нуждам бедствующих крестьян, о недопустимости закрытия мечетей, призывали помнить о суде и каре Всевышнего за неправедные действия. Отношение народа к властям, сформировавшееся в эти годы, отразилось в следующем четверостишии:

Даже если умру, не буду сожалеть
О том, что гроб мой узок.
Ведь не скажут мне в гробу:
«Тебя вызывают в сельсовет».

Великая Отечественная война стала очень тяжелым испытанием для всего советского народа. Из Верхазовки на фронт ушли 386 человек, из них вернулись 151. Не вернувшиеся пожертвовали своими молодыми жизнями ради независимости Отечества. Оставшиеся в селе перенесли много невзгод и мучений, трудились с утра до ночи, помогали, чем могли, друг другу. Дети и женщины сменили на полях и фермах мужчин, в повозки впрягали коров. Многим подросткам пришлось тогда отказаться от мечты об образовании, получении той или иной творческой профессии, их уделом стала тяжелая работа и забота о выживании.

Этим подросткам, их матерям и вернувшимся домой фронтовикам пришлось пережить и непростые послевоенные годы – период непомерного налогового бремени (12).

После резкого снижения налогов с приусадебных хозяйств в 1953-1954 гг. и особенно после отмены их в 1958 г., повышения закупочных цен на сельскохозяйственную продукцию жизнь в Верхазовке стала меняться к лучшему (хотя в начале 1960-х гг. пришлось пережить негативные последствия аграрной политики Н.С. Хрущева). С середины 1960-х гг. до середины 1980-х Верхазовка находилась в полосе наибольшего благополучия за всю свою посленэповскую историю (и, может быть, за всю историю). В то время многие выпускники Верхазовской школы окончили вузы и нашли применение своим знаниям как в Верхазовке, так и далеко вне ее, стали агрономами, ветеринарами, инженерами, педагогами, врачами, людьми науки, известными хозяйственными руководителями. Освобожденные от налогового бремени люди работали на колхозных полях и фермах, своих подворьях с намного большей энергией и заинтересованностью. Государство, со своей стороны, остававшиеся после «интернациональной помощи» деньги тратило тогда на компенсацию относительно низких цен на техни-ку, топливо, минеральные удобрения и пестициды. На приемлемом уровне держались закупочные цены на сельскохозяйственную продукцию. Благодаря сумме этих факторов Верхазовка тогда расширилась - появилась четвертая улица, село и районный центр соединила асфальтированная дорога, покрыли асфальтом и улицы села, появился водопровод с водозаборными колонками, построили новую школу и новый дом культуры (13). Это время хорошо помнит большинство наших современни-ков, оно, по сути, завершает историю села, вплотную примыкая к сегодняшним реалиям.

Помимо социальной и экономической составляющих, в истории нашего села есть и другая интересная сторона. Это устное народное творчество. В песнях, частушках, стихотворном творчестве сельских мастеров культуры, анекдотах, сказках, поговорках и пословицах отразилось своеобразие нашего жизненного уклада, национального характера, обычаев. В очень сильной степени в них проявляется специфика мелодического мышления, языка и образно-метафорического строя. Эта специфика объединяет, если судить по свадебным песням, все четыре упомянутых выше мишерских села, отдаленных от основных («материковых») татарских регионов и образующих особенный, в значительной мере замкнутый этнокультурный микромир. Корни этой общности уходят вниз по хронологической лестнице в двух направлениях: в волостную коммуникацию XIX – нач. XX вв. и в устное народное творчество мишер Кузнецкого и Хвалынского уездов XVIII – нач. XIX вв. и более раннего времени. Вместе с тем самобытная культура нашего села связана по происхождению и сопровождающим ее развитие контактам со всей татарской культурой. В масштабной мозаике национальной культуры она составляет малозаметный, но совершенно необходимый драгоценный камешек, мерцающий своим глубинным, только ей свойственным светом.



«Эта сторона обогатила меня во всех отношениях», - написал Муса Джалиль, прожив четыре месяца в нашем селе и подводя итоги своего пребывания здесь. Об этих словах великого поэта я напоминаю не для хвастовства. Они представляются мне вполне заслуженными, неслучайными. Именно в нашем селе существовал лучший среди татарских сел региона театр. Замечательно и то, что Верхазовка имеет прочную репутацию села острословов и чудаков. Читатель сможет это почувствовать, ознакомившись с частушками-такмаками, стихотворениями, анекдотами, краткими характеристиками замечательных людей, прозвищами (на других страницах ЖЖ). Главное богатство нашего села духовное богатство. В большинстве случаев происхождение того или иного явления народной культуры анонимно. Но XX век оставил ряд имен людей, ярко проявивших себя в сфере духовного творчества. Среди поэтов, вероятно, наиболее известным в начале века был Умар Фаиз, мой прадед. В следующем поколении выделяются имена и творчество Джамалии Сейфульмилековой (урожденной Фаизовой), Нургали Измайлова. Позже, в конце века, в селе пользовались успехом стихи, песни и частушки Валита Ильясова. На середину и вторую половину XX в. приходится творчество сказочников Хосаина Бикаева и Джамили Азизовой. Тогда же на подмостках народного театра о себе заявили мои дед Усман Фаизов (в довоенное время) и отец Фарит Фаизов, Марс Забиров, Халима Ишкулова и Назим Фатхуллин. Среди певцов и сочинителей песен особое место занимают не теряющие свою творческую активность и сегодня Марс Султанов и и Ильдус Багапов. Здесь названы лишь самые известные имена, рядом с ними можно было бы выстроить длинный ряд имен других талантливых музыкантов, певцов, артистов, сочинителей сказок и стихотворцев Верхазовки. Некоторые из этих имен упоминаются в списке информаторов в начале книги, другие – в следующих разделах.

Cноски и примечания

(1) Самарская губерния в годы гражданской войны (1918-1919): Документы и материалы. Куйбышев, 1958. С. 104.
(2) Таким образом, с нашими местами соприкасались биографии двух наиболее прославленных полководцев России: А.В. Суворова – в 1784 г., когда в его руки у крепости Малый Узень был передан
Емельян Пугачев, и Г.К. Жукова – в 1919 г.
(3) Дмитрий Фурманов Чапаев: Роман. М., 1986. С. 39-40.
(4) Эта мечеть вновь была открыта в 1947 г. – усилиями Зяйнука, Зайнуллы, Исы Яхина и других верующих.
(5) С 1930-х гг. и до сер. 1960 гг. в селе существовал народный театр, спектакли которого пользовались успехом не только в Верхазовке, но и в других татарских селах района. Уточнение от 1 июля 2018 г.: первые постановки состоялись в 1920 г. (газета "Ялкын" от 17 янв. 1921 г.).
(6) Основной источник – отчет правления колхоза, второй источник (с указанием 4 коров) – рукописная «История колхоза им. Кирова».
(7) Ялкын. 1933. № 9.
(8) В 1929 г. колхоз не имел названия и обозначался в районной прессе как «колхоз села Верхазовка». Появившееся позже и приведенное здесь название является переводом названия «Кызыл маяк», фигурировавшего в документах и прессе. Уточнение от 1 июля 2018 г.: учредительное собрание (съезд) колхоза с названием "Кызыл маяк" состоялся в конце декабря 1929 г. (г-та "Заволжский пахарь" от 31 дек. 1929 г.).
(9) Социалистическая стройка. 1930. 9 декабря.
(10) Та же «Социалистическая стройка» сообщала о различных событиях-приметах из жизни Верхазовки: о плохой деятельности всего колхоза в ходе уборки урожая (1930, сентябрь), замечательной работе Каюма Хусметдинова на посевной (1934, март), невыходе на работу запившего почтальона (1934, июнь), невыполнении промфинплана сельсоветом (1934, декабрь), избиении секретарем сельсовета товарища М. и покровительстве секретарю со стороны председателя сельсовета Сайфутдинова (1935, май) и др.
(11) Список жертв политических репрессий Саратовской области (http:/www.memo.ru/memory/saratov/). Сохранилась память об односельчанине, который был приговорен к заключению в лагерь за религиозную деятельность, но имя его установить не удалось (имя доносчика в памяти односельчан сохранилось). Упомяну здесь также Осипа (Йосыпа) Идрисовича Баржанова, который в 1922 г. был арестован по обвинению в «участии в банде», но позже освобожден из-под ареста. Приведенные выше поименные сведения были извлечены только по спискам трех первых букв алфавита (А, Б, В), списки фамилий, начинающихся с остальных букв, отсутствуют.
(12) О бедствиях военного и послевоенного времени, налогах и принудительных займах смотрите в воспоминаниях моей матери, публикуемых в конце книги. А здесь приведу заявление моей бабушки Джамалии 1956 г. в райфинотдел (написанное уже после снижения налогов с приусадебных хозяйств): «Дергачевскому райфинотделу от гр. Фаизовой Жамалии Илачевны. Заявление. Я, Фаизова Жамалия И., проживающая в селе Верхазовке Дергачевского района, прошу Вашего ходатайства (так в тексте. – С.Ф.) разобрать мою просьбу. За 1955 год сельский совет обязывает платить недоимку, так как в 1955 году я не могла платить. Причина: я сама рождения 1901 года; сын Фярит с 1954 года в рядах Советской Армии, р. 1932 г.; сын Фоать учится в институте, г. Саратов, рожд. 1935 г.; дочь Роза учится в медицинском училище, г. Мензелинск, рожд. 1937 г.; сын Фягим учится в средней школе, рожд. 1940 г.; муж Фаизов Усман Умярович погиб во время Отечественной войны; сын Фаизов Сагит погиб в Отечественной войне. Потому прошу мое заявление разобрать. К сему - Фаизова».
(13) Приведу данные об обеспеченности колхоза техникой на 1976 год. Колхоз располагал тогда 8 тракторами К-700, 8 тракторами Т-4А, 18 тракторами ДТ-75, 2 тракторами ДТ-54, 14 тракторами «Беларусь», 32 зерноуборочными комбайнами, 33 автомобилями и большим количеством другой техники (из рукописной «Истории колхоза им. Кирова»).

В начале текста рисунок автора текста.

На фотоснимке в конце текста - Муратова Амина-эби, старейшая жительница Верхазовки на рубехе XX - XXI вв., помнившая Мусу Джалиля и рассказывавшая о спектаклях верхазовского народного театра в 1930-х гг. От нее я узнал, что мой дед Усман участвовал в спектаклях этого театра (как позднее и мой отец).

Фәиз, Сәит Фәрит улы Илмин тарихының сүрәте һәм авыз иҗаты. Казан, 2006.


Cм. также о различных событиях истории села в 20 веке, начале 21 века и в последние годы, его людях - нескольких поколений - и его повседневности, природных достопримечательностях верхазовской степи в альбомах группы "Верхазовка: вчера и сегодня" в "одноклассниках": https://ok.ru/verkhazovk


Приложение 1.





Карта Саратовской губернии 1823 г. Из трех Елюзаней изображена только Средняя. На реке Алтата поселения не показаны (картографы не получили сведений о новых поселениях за последние несколько десятилетий; карта неполная и в отношении других мест). Переселение 1841 г. и примыкающих к этой дате лет шло через переправу у Балакова, она показана, южнее Балакова - как дорога, пересекающая Волгу. Адрес копирования: https://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/1/18/%D0%9A%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B0_%D0%A1%D0%B0%D1%80%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%B3%D1%83%D0%B1%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B8%D0%B8.jpg

Приложение 2.

Историческая справка.


СРЕДНЯЯ ЕЛЮЗАНЬ Городищенского района Пензенской области.

Татарско-мишарское село, центр сельсовета, в 32 км к юго-востоку от районного центра. На 1.1.2004 – 2279 хозяйств, 8589 жителей. Самое крупное татарское село в Российской Федерации. Основано темниковскими «четвертными» татарами, т.е. служилыми татарскими князьями и мурзами, которым полагалось персональное земельное жалование в четвертях (мера площади) и разрешалось иметь крепостных крестьян (запрещение иметь татарам крепостных крестьян последовало в 1756 году). Земля им была отведена в этих местах в 1684 году, впервые упоминается как татарская деревня в 1700 году. В 1702 году один из елюзанских челобитчиков писал царю, что они поселились там, где «дано товарыщам их, Мирясу Кудайбердееву, в кругу и в ободу с Асаном мурзою князь Такшеиновым с товарыщи, что им их жеребьи отказаны, а их де жеребьи оставлены, а владеют де они с товарыщи своими [землями] по двадцати по пяти чети в поле, а в дву по тому ж, и из того поместья служат великого государя службу». С 1780 года деревня вошла в состав Дубровской волости Кузнецкого уезда Саратовской губернии. В 1820-х годах татары Средней и Нижней Елюзаней основали за Волгой деревню Новую Елюзань Николаевского уезда. В середине 19 века в селе было 3 мечети, водяная мельница. В 1886 году в селе было 302 двора, в том числе 98 крыто тесом, остальные соломой; 1 кабак, 2 лавки, на одну ревизскую душу приходилось 4,4 десятины пашни, 18 человек занимались торговлей, 140 человек уходили на летние земледельческие работы за Волгу; 403 рабочих лошади, 194 коровы, 969 овец, 69 коз, 8 семей занимались пчеловодством. В 1911 – в Дубровской волости (центр в мордовском селе Нижняя Дубровка), 626 дворов, 4 мечети, при них 3 школы. В настоящее время в селе действует СПК «Агрофирма «Елюзань» (1998), созданная на базе АОЗТ «Елюзанское», которая в свою очередь была организована в 1991 на базе центрального отделения одноименного совхоза. Площадь земель 5371 га. Хозяйство получает урожаи зерновых культур 20–23 ц, лука 90–100 ц с га. Имеется завод по производству сушеного лука, вальцовая мельница, маслобойный цех. Швейный цех, цех по строительству домов. Работник совхоза Хамзя Тугушев был одним из первых участников ВДНХ СССР (1939, 1940, 1941), награжден Большой золотой медалью. Дом культуры, 2 средние школы, детский сад, больница на 50 коек, поликлиника, аптека, 4 магазина, кафе-столовая, Дом быта. В конце 19 века в селе находили клад из 80-ти золотоордынских монет (2-я половина 13-го – конец 14 веков). Родина генетика, селекционера, доктора биологических наук, профессора Фатиха Хафизовича Бахтеева (См. о нем журнал «Генетика», 1983, №7, с.1213-1216, статья «Памяти Ф.Х. Бахтеева»). Численность населения: в 1859 – 1798, 1886 – 1838, 1897 – 2885, 1911 – 3644, 1926 – 4132, 1930 – 5033, 1939 – 4040, 1959 – 5175, 1970 – 7282, 1979 – 8105, 1989 – 7788, 1996 – 8535 жителей.
[1. Марданов Р.Т., Китаева Н.Б. Средняя Елюзань. Старницы истории самого крупного татарского села России. Казань, 2006.
2. Полубояров М.С. - http://suslony.ru, 2007.]. Источник копирования: http://inpenza.ru/gorodische/srednyaya_elyuzan.php

Приложения представлены только в электронном издании.


Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.