Previous Entry Share Next Entry
Хождение за три моря Афанасия Букалова
sagitfaizov

Сагит Фаизов

Хождение за три моря Афанасия Букалова




В «Приказных делах старых лет» Российского государственного архива древних актов (РГАДА) (их описанием автор занимался не один год) хранятся документы, представляющие первостепенный интерес для исследования такой малоизученной, но чрезвычайно благодатной темы, как «Русский человек XVII в. за границей». Изучение десятков и сотен биографий русских людей, оказавшихся за пределами России в то бурное столетие и оставивших в «расспросных речах» и челобитных незамысловатые по манере изложения, но мало с чем сравнимые по фабуле рассказы о своих путешествиях, существенно обогатило бы наши представления о «народной дипломатии» столетия, опыте взаимоотношений российского общества со странами Европы и Азии, взаимопроникновении и взаимопонимании культур, сделало бы более объемным и достоверным образ русского человека на исходе средневековья. Приведенные ниже «расспросные речи» сына боярского Афанасия Букалова – замечательный образец запротоколированной «судьбы» «неисторической персоны» того времени, далеко выходящий по своим познавательному и литературному значениям за пределы обычной канцелярской записи, что, впрочем, характерно для большинства документов «Приказных дел старых лет».

Москва, сентябрь 1633 г. Перед подьячими Посольского приказа предстали голландский купец Григорий Фандергеин и сын боярский Афанасий Букалов. Подьячий отметил: «142 года сентября в день 28-го приехал к Москве из Галанской земли торговой человек Григорей Григорьев сын Фандергеин, а с собою привез полоненика орленина Офонасия Офонасьева сына Букалова, а сказал: «Взял, де, он того сына боярского в Галанской земле, в Амстрадаме, и для, де, ево бедности до Москвы вез на своих проторех»» (1). Расспросили самого Афанасия, и оказалось, что в плен он был захвачен крымскими татарами семнадцать лет назад, из Крыма продан на турецкую галеру. Спустя два года – уже в Египте – при содействии Александрийского патриарха Герасима перекуплен единоверцем, богатым греческим купцом, и затем отрабатывал у него свое освобождение. Получив свободу, Афанасий продолжал скитаться, нанимался матросом на торговые суда, претерпел кораблекрушение у берегов Кипра, спасся и попал в Стамбул, где стал свидетелем мятежа янычар. Из-за мятежа выехать на родину оказалось невозможным. Последовали новые путешествия: в Венецию, Грецию, Малую Азию, на Сицилию и, наконец, в Амстердам, где он встретился со своим спасителем Григорием Фандергеином.
Семнадцать лет необычных приключений уместились на нескольких листах «речей» Афанасия Букалова, но отдадим ему должное: за лапидарно изложенной историей скитаний явственно ощутимы и шарм невероятно коммуникабельной личности, и очарование невольных странствий в безвозвратно ушедших от нас волнах Средиземноморья.

«…А орленин Офонасий Букалов сказал: «В прошлом, де, во 125 году (2) приходили на государевы украины войною крымские люди, и он, де, в те поры против тех крымских татар был с охочими людьми в Белгороде, а было их в зборе з двести человек. А з Белагорода пошли они на Северской Донец, на перевоз, стеречь татар и на Донце, де, стояли недели с три, и не стало у них запасу, и они, де, пошли назад в Белгород шесть человек, а товарыщи, де, после их остались на Донце. И их на дороге сошли крымские татаровя, и поимали их в полон, и отвели в крымский город в Перекоп. А в Перекопи продали ево турченину Агаджи Муслу, а Агаджи Мусла отослал ево с прикащиком своим во Царьград, а во Царьграде продали ево на каторгу Усеинбееву прикащику Яуре Авлу. И на той, де, он каторге был года с два, ходил морем по городам, и пришли во Александрею. И он, де, бил челом александрийскому патриарху Герасиму, чтоб ево с каторги скупил. И александрийского, де, патриарх Герасим велел ево скупить с каторги греченину Ивану Калуянову города Станкой (3), стоит на Белом море (4). И у того, де, он греченина жил семь лет.
А как семь лет у него отжил, и тот, де, греченин отпустил ево на волю. И он у того греченина после того жил своею волею два года. А после ходил на иных кораблех из наймов з год и с тех, де, караблей в Египецкой земле в городе Дымьяде (5) сшол.
И в том городе Дымьяде сыскал прежнево своево хозяина греченина Ивана Калуянова. И тот, де, Иван опять нанял ево к себе на карабль, а карабль, де, был нагружен пшеном сорочинским (6). И пошли, де, они на том карабле к Царьгороду. И как, де, они будут на Кипрском острове, и тот, де, их карабль погодою разбило. А они, де, с того карабля сошли душою да телом, только выволокли из моря парусы да якори, и веревки, да две пушки.
И в те, де, поры пришел к тому гречанину из Египта другой карабль, и на том, де, карабле тот гречанин послал ево в свой дом, в город Станкой, а сам с товаром пошол в Египет. И он, де, пришел в город Станкой, ту всю хозяйскую рухлядь оставил в том городе и пошол на том же карабле во Царьгород. И во Царьгород пришел в прошлом во 140 году на сырной неделе (7). И в те поры во Царьгороде было смятенье великое, шол ис-под Багдата Хостров-паша. И как, де, он будет блиско Царя-города, и ево, де, по повеленью Мурат-салтановы матери убили, а салтан, де, про то не ведал и убить ево не веливал. И как, де, во Царьгороде про Хостров-пашино убивство весть учинилась, и за Хостров, де, пашу стали все спаги и яныченя (8), и за то, де, во Царьгороде пашей многих, лутчих людей побили.
И он, де, Офонасей, видя такое смятенье и убоясь во Царьгороде убивства, долго жить не смел и ис Царя-города побежал в городок Тенедус. И после, де, того была весть, что турской Мурат-салтан спагам и янычанам дал свое жалованье, и после того учало быть во Царьгороде смирно, убивство унялось. А государевых, де, послов в то время во Царьгороде не было, а был про них слух, что они в дороге, шли к Царьгороду. И в городке, де, Тенедусе, сыскал один карабль в Винницею, и он, де, на том карабле поехал в Винницею.
И в Винницею приехал в ыюне месяце и жил в Виницее больши трех месяцев. А, живучи в Виницее, приискал карабль в Галанские земли, и на том карабле был капитан Мавриц. И наняли, де, тот карабль гости турские земли, Янова города, под хлебные запасы, и хлебные запасы отвезли на том карабле в турскую землю. А он, де, на том карабле в турскую землю ходил же. И те, де, гости в турской земле, испродав хлеб и нагрузя карабль товары в Касандрее-острове (9), пошли на том карабле опять в город Янов. И в Янове, де, городе товары испродав, пошли на шпанский остров Мисинов, в город Трапон (10). И в городе Трапоне, нагрузя карабль солью, пошли в Галанскую землю и пришли в город в Амстрадам.
И он в Амстрадаме с карабля сшол и жил в Амстрадаме месяца с полтретья (11). И из Амстрадама хотели, де, ево отпустить на карабле к Архангельскому городу и провоз за него хотели дать. И он, де, проведав то, что есть в Амстрадаме государев человек Григорей Фандергеин, на карабле к Архангельскому городу не поехал, а поехал с ним, Григорьем, в карабле на Ригу, а из Риги во Псков, а изо Пскова отпустили их к Москве. А вез, его Григорей на своих проторех. А как, де, он приехал из Риги во Псков, и во Пскове, де, стольник и воевода князь Федор Елецкой с товарыщи ево роспрашивали и ко государю об нем отписку и роспросные ево речи послали.
И в Нове, де, городе (12) воеводы князь Иван Катырев-Ростовский с товарыщи ту отписку и роспросные его речи взяли и ко государю к Москве их не послали, неведомо для чево» (13).

Завершилась эта история для Афанасия Букалова вполне благополучно: за «полонное терпение» и возвращение на родину получил он из казны отрез сукна тафтяного и 8 рублей денег, т. е. приличное пожалование, если учесть вес тогдашнего рубля. Потратив 5 рублей на покупку коня, 2-3 рубля на снаряжение и одежду, Афанасий Букалов мог вернуться в родной Орел так, как подобает служилому человеку, побывавшему за тремя морями, и не опасаться жалостливых расспросов по поводу пережитых лишений и скитаний*.

Сноски и примечания.

1. То есть за свой счет.
2. 1616 или 1617 г.
3. Вероятно, город Станимака, позже известный как болгарский Асеновград.
4. Имеется в виду Средиземное море.
5. Ныне город Думьят.
6. То есть рисом.
7. Сырная неделя – канун Великого поста, Масленица. В данном случае речь идет о событиях начала февраля 1632 г.
8. Сипахи (конная гвардия) и янычары. sites.google.com/site/parusnoves...a-galera
9. Полуостров Кассандрия на северо-востоке Греции.
10. Город Трапани на восточной оконечности острова Сицилия. Название острова указывается рассказчиком ошибочно.
11. Два с половиной месяца.
12. Великом Новгороде.
13. РГАДА. Ф. 141. Оп. 1. 1631. Д. 79. Лл. 107-116 (расспросные речи и сопутствующие записи)
Статья опубликована в ж. Отечественные архивы. 1998. 4. С. 86-88.

Дополнение к опубликованной в журнале статье.

* Позже (не позднее 1637 г.) Афанасий Букалов был взят в Посольский приказ толмачом, в 1662 г. он еще состоял на службе (РГАДА. Ф. 138. Оп. 1. 1662. Д. 10. Л. 23). См. о нем также в посте "Москва! Москва! Не стреляйте!".

Изображение турецкой галеры 17-18 вв. в начале текста из:  sites.google.com/site/parusnoves...a-galera


Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.

?

Log in

No account? Create an account