?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Cлова и буквы мастера: словом, ад
sagitfaizov



Сагит Фаизов

Слова и буквы мастера: словом, ад. Из цикла «Мастер и Маргарита»




«Оплывая потом, официанты несли над головами запотевшие кружки с пивом, хрипло и с ненавистью кричали: «Виноват, гражданин!» Где-то в рупоре голос командовал: «Карский раз! Зубрик два! Фляки господарские!!!» Тонкий голос уже не пел, а завывал: «Аллилуйя!» Грохот золотых тарелок в джазе иногда покрывал грохот посуды, которую судомойки по наклонной плоскости спускали в кухню. Словом, ад» - описание ресторана Грибоедов.

Ранее автор романа аттестовал тот же ресторан «самым лучшим в Москве». Разрешить противоречие между двумя характеристиками можно только через предположение, что либо за обеими ресторанами, либо за одним из них скрывается вовсе не ресторан. Не так давно я писал, что за разговором Амвросия и Фоки у чугунной решетки Грибоедова о ресторане закодирован рассказ о «Пулковском деле», по которому были репрессированы многие представители астрономической и других наук*. В отдельной статье от 6 октября 2012 г. было показано, что за словами «виноват, гражданин» и «Карский раз!» цитируемого фрагмента текста скрывается напоминание о репрессии сталинского режима против Владимира Маяковского**. Но картина ада, всплывающая в воображении автора, сидящего в Грибоедове, все же относится — в первоначальной проекции — к родственному с рестораном заведению — трактиру, существовавшему в Москве во второй половине девятнадцатого века и известному в народе под названием «Ад». Он занимал огромный подвал под трактиром «Крым» в доме Внукова на углу Грачевки (будущей Трубной улицы) и Цветного бульвара. В. А. Гиляровский писал об этом заведении: «...Глубоко в земле, подо всем домом между Грачевкой и Цветным бульваром сидел громаднейший подвальный этаж, весь сплошь занятый одним трактиром, самым отчаянным разбойничьим местом, где развлекался до бесчувствия преступный мир, стекавшийся из притонов Грачевки, переулков Цветного бульвара и даже из самой "Шиповской крепости"*** набегали фартовые после особо удачных сухих и мокрых дел, изменяя даже своему притону "Поляковскому трактиру" на Яузе, а хитровская "Каторга"**** казалась пансионом благородных девиц по сравнению с "Адом"»*****. Задолго до Гиляровского об этом заведении писал другой знаток трущоб Москвы М. А. Воронов, и он оставил такой отзыв: «...Между многоразличными московскими приютами падшего человека... нет ничего подобного грачевскому Аду. По гнусности, разврату и грязи он превосходит все пригоны»******. Хозяина этого заведения, скупщика краденого, никто не видел в лицо, прозвище его, по свидетельству Гиляровского, было Сатана.
Вторичная проекция «ада» в Грибоедове, или конечная область аппрезентации, - криминальная составляющая «революционной молодости» Иосифа Сталина и ряда его «товарищей». Дополнительное указание на такое прочтение «адовой» картины в Грибоедове дано в припоминании пиратского прошлого Арчибальда Арчибальдовича (Берии), следующее за цитируемым фрагментом и начинающееся со слов: «И было в полночь видение в аду».
Сноски и примечания.

* Сагит Фаизов Слова и буквы мастера: Колизей. Из цикла «Мастер и Маргарита» // http://sagitfaizov.livejournal.com/74459.html

** Сагит Фаизов Персонажи и персоны мастера: Карский раз. Из цикла  «Мастер и Маргарита» // http://sagitfaizov.livejournal.com/52191.html

*** «Шиповская крепость» - дом Шипова на Лубянке, притон.

**** «Каторга» - трактир.

***** Гиляровский В.А. Москва и москвичи (первое издание: М., 1935) // http://www.lib.ru/RUSSLIT/GILQROWSKIJ/gilqrowskij.txt Описание зала трактира у Гиляровского: «Сотни людей занимают ряды столов вдоль стен и середину огромнейшего "зала". Любопытный скользит по мягкому от грязи и опилок полу, мимо огромный плиты, где и жарится и варится, к подобию буфета, где на полках красуются бутылки с ерофеичем, желудочной, перцовкой, разными сладкими наливками и ромом, за полтинник бутылка, от которого разит клопами, что не мешает этому рому пополам с чаем делаться "пунштиком", любимым напитком "зеленых ног", или "болдох", как здесь зовут обратников из Сибири и беглых из тюрем. Все пьяным-пьяно, все гудит, поет, ругается...»

****** Цит. по: Романюк, С.К. Из истории московских переулков. М., 1998 // http://testan.rusgor.ru/moscow/book/pereulok/mosper20_1.html



Иллюстрация-заставка: коллаж С. Фаизова, в котором использованы фрагмент картины Константина Сомова «Арлекин и дама» и фрагмент фотографии С. Фаизова с пейзажем ноябрьской Волги у Свияжска. Об арлекине и даме. Известно, что они картонные, не «настоящие». Но этим их странность не исчерпывается. На груди у дамы область ниже декольте образует маску старика с седыми усами и бородкой, напротив нее справа располагается черная маска арлекина, которая выглядит как закрытый шлем палача, левая сторона контура шлема образует профиль женщины, смотрящей вправо; наблюдается и встречный контур мужского лица. Средний палец левой руки арлекина согнут невозможным образом: при прямом безымянном пальце (средний и безымянный пальцы человека соединены сухожилием и зависят друг от друга), - но именно на этом пальце лежит левая рука дамы, то есть она причиняет боль кавалеру выворачивая ему палец, тот палец, к которому идет бечевка от маски палача. У арлекина наблюдается серьезный физиологический недостаток, который выглядит как преимущество.

Опубликована 26 января 2013 г.


Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.